НАД КЕМ СМЕЕТЕСЬ?

Елена Чукина,- Pro-сцениум № 11 (69). Июнь 2009

Наверное, продаются и сейчас такие любопытные книжки-раскладушки для детей: разворачиваешь плотные картонные страницы этого цветного чуда - и перед тобой в прямом смысле поднимаются домики и леса со зверюшками, вырезанные по специальной технологии, чтобы ребенок видел не плоскую картинку, а объемную фигуру, которую даже можно пощупать. И такой настоящей кажется детскому взгляду эта взрослая жизнь в миниатюре! Только ведь все равно понятно: это игрушка...
Сейчас редко приходится видеть на сцене павильон, но художник Ирина Долгова не побоялась. Тем более, павильон, где происходит действие спектакля, стилизован и не должен восприниматься всерьез. «Театральная» квартира Городничего хорошо обставлена и оформлена «по моде»: полосатые обои с ненавязчивым цветочным орнаментом, старинная живопись на стенах, пианино с канделябрами, дорогие стулья и пуфики, слева - полукруглый белый балкончик, окно с видом (вероятно) на шумную улицу провинциального города N. Вполне достойно для столь важного обитателя. Однако не дом это - домик. Несмотря на всю кажущуюся солидность, есть здесь изрядная доля иронии художника. Уж слишком все правильно, слишком на своих местах, а главное - стены этого домика умышленно низенькие, придавленные, что ли, возвышающейся над ними чернотой пространства. Квартирка эта вроде как подстать хозяину, который пригнулся под страшным словом «РЕВИЗОР». Да еще и гостиничный номер, где обитает Хлестаков, присоседился справа, не будучи разделенным с домом Самого ни окном, ни дверью. Так что перед зрителем все три часа этакий «макет в разрезе». Игрушечным и комичным видится это «степенное жилище», такими же кажутся его хозяева и гости.
Сергей Федотов поставил «Ревизора» как комедию. Для каждого персонажа найдена самая выразительная черта, за нее актеры и держатся, ее и утрируют. Черты эти не становятся открытием в прочтении классики, да это режиссеру и не нужно. Сюжет «Ревизора» все прекрасно знают, на памяти заядлых театралов масса серьезных трактовок. А после этого спектакля помнится не последовательное развитие ролей, а дивертисменты и физиономии персонажей. Можно бесконечно говорить об актуальности гоголевских героев во все времена, но Федотов делал комедию, не столько высмеивая нравы общества, сколько акцентируя комическое решение персонажей. 
Кругленькие Бобчинский и Добчинский (Олег Абалян, Петр Квасов и Евгений Филатов) - «двое из ларца, одинаковы с лица»: усатенькие, лысоватенькие, маленькие, неразлучные, улыбающиеся, жизнерадостные болтуны. Земляника Александра Новикова - одно слово попечитель богоугодных заведений: его важность вся отразилась в телесных объемах и уже не оставляет своему хозяину почти никакой возможности шевелиться. Аммос Федорович Ляпкин-Тяпкин Олега Андреева высок, широкоплеч, размашист, опасен, так как, не заметив кого-нибудь по причине его низкорослости, может спихнуть или (не дай бог!) задавить вовсе. Почтмейстер Шпекин (Роман Кочержевский), пожалуй, вполне мог бы стать его жертвой, однако цел, благодаря своей юркости и угодливости. Городничий Сергея Мигицко - немолодой, до невозможности обаятельный красавец с лошадиным оскалом и взлохмаченной сединой, активный делец, фонтанирующий энергией и виртуозно жонглирующий всякой окружающей его чиновничьей мелочью. Его дамы (Анна Андреевна - Анна Алексахина, Марья Антоновна - Маргарита Иванова, Анастасия Самарская) - провинциальные красотки и тряпичницы, состязающиеся друг с другом в цвете юбок и умеющие гармонично совместить гостеприимство почтенных хозяек с распущенностью низких девок. Хлестаков (Виталий Куликов, Олег Федоров) - не умный и хитрый «гость из столицы», а юный плут и дурак, питаемый исключительно сиюминутными амбициями, прекрасно вписывающийся в общую картину города N и сбегающий из дома Городничего через окно (для лишней улыбки зрителя, помнящего Подколесина и финал «Женитьбы»). Пожалуй, лишь Осип в исполнении Олега Левакова (в дубль с Александром Сулимовым) мог бы выделиться из уездной толпы - лишенный ужимок, он достаточно смел и циничен, чтобы оглядеться вокруг. Однако этому русскому мужику слишком скучно, да и лень, в общем-то. Некого противопоставить аборигенам. 
В финале собирается вся эта забавная местная братия в домике-игрушке городничего, и становится.... грустно. Не весело, как хотелось бы сказать. Приехал настоящий ревизор, а это уже другая история. Наивный детский страх на лицах персонажей вызывает сожаление о том, что этих вот людишек, таких забавных и смешных, уже не будет при «новом начальстве». Над кем смеялись? Смеялись над ними. А теперь не смешно. Может, вообще ни над кем смеяться не стоит? Народная мудрость гласит: «Не зеркало неча пенять, коли рожа крива», а на каждого молодца всегда найдется свой всамделишный ревизор.
Елена Чукина